Альпы

Альпы

пятница, 21 марта 2014 г.

«Брюссель не имеет права брать в заложники европейский бизнес»

Президент Франко-российской торгово-промышленной палаты Эммануэль Киде — о потерях ЕС в случае экономических санкций против Москвы

В Брюсселе 20 и 21 марта проходит саммит глав государств и правительств 28 стран Евросоюза. Главная тема встречи — возможное введение экономических санкций против России из-за ситуации вокруг Крыма. Ранее европейцы приостановили переговоры об отмене виз между ЕС и РФ, а также ввели персональные санкции против российских чиновников. Президент Франко-российской торгово-промышленной палаты Эммануэль Киде рассказал «Известиям», что от «третьего блока» санкций в отношении Москвы пострадает прежде всего сама Европа. 

— Почему вы считаете введение экономических санкций против РФ ошибкой?

— Москва не смирится, если против нее будут введены подобные жесткие меры, а ее ответная реакция принесет гораздо большие убытки самому ЕС. Пока неизвестно, какими именно могут стать санкции. Но если рассматривать самый страшный сценарий с конфискацией имущества российских предприятий на Западе, конечно, Москва ответит тем же. А ведь в России намного больше иностранного имущества, чем российского — за рубежом. Получается, причиняя боль Москве, мы причиняем себе еще худшую боль.

Благодаря своему бизнесу в РФ французские компании дают работу заводам во Франции, создают у себя на родине рабочие места. Если этот процесс прекратится, это приведет не только к серьезной потере доходов, но и спровоцирует рост безработицы во Франции, которая и так сегодня высокая (около 11%. — «Известия»). Что, без сомнения, ударит по ее, а значит — и по европейскому, экономическому росту. Он и так сейчас не велик, а в результате может вообще превратиться в экономический спад. 

— Какие сферы российско-французского сотрудничества окажутся в наибольшей опасности, если экономические санкции все-таки будут введены?

— Наше взаимодействие сегодня развивается в очень многих сферах — это и военное сотрудничество, и аэрокосмическое, и промышленное. Потенциально в опасности все крупные компании — Total, Renault, Peugeot, Danone, Alstom… Около 1,2 тыс. французских предприятий работают напрямую в России, всего бизнес более 6 тыс. связан с экспортом и импортом продукции из РФ. Франция занимает третье место по объему прямых инвестиций в российскую экономику. 

— При расширении санкций в отношении Москвы Париж заявляет о возможности приостановления сделки по вертолетоносцам типа «Мистраль»…

— Потери Франции в этом случае будут огромны. Ведь речь идет о контракте на более $1 млрд. Под вопросом окажется не только сделка о двух кораблях, но и в целом военное сотрудничество будущего. В результате затеянной ЕС игры проиграют все. Брюссель не имеет права брать в заложники европейский и, в частности, французский бизнес. 

— После эскалации украинского конфликта французский бизнес в России уже встретился с какими-либо трудностями? Начали ли инвесторы с испугу отменять российские проекты?

— Нет, пока бизнес идет, как обычно. Я не слышал даже о каких-либо приостановленных проектах — ни со стороны французских компаний в России, ни наоборот. Для наших предприятий российский рынок слишком важен. Это объясняется тремя главными причинами. Во-первых, это рынок страны с населением в 140 млн человек прямо под носом у Парижа. Конечно, есть Китай с населением в 1 млрд человек, но с покупательной способностью там дела обстоят не так хорошо. Во-вторых, в России неплохой инвестиционный климат — success story с участием французских компаний не редкость. Наконец, самое главное, россияне — европейцы. Наша манера вести дела схожа, мы понимаем друг друга, чего не скажешь, например, об американцах. Самый культурно и исторически близкий к россиянам народ в Европе — французы. Конечно, образ Москвы во Франции не всегда был позитивный, но французы любят россиян, а те отвечают им взаимностью. 

— Что для разрешения нынешних трудностей делает Франко-российская торгово-промышленная палата?

— Мы уже провели переговоры с администрацией президента Франсуа Олланда, французским министерством иностранных дел и Национальной ассамблеей. Там мы попытались объяснить грозящие Парижу потери от санкций. Переговоры были сложными. Действительно, мы слышим одним ухом Москву, другим — Запад. И говорят они не просто разные слова, здесь принципиальное расхождение точек зрения: РФ считает себя недопонятой, в ЕС думают, что Москва зашла слишком далеко. И те, и другие стоят на своих позициях очень твердо. Но думаю, мы были услышаны. Доказательство этого: в списке лиц, к которым ЕС применил последние персональные санкции, только чиновники. 

— В этом деле переубеждения национальных правительств вы действуете самостоятельно и только на франко-российском уровне, или бизнес-сообщества других стран также ведут подобные переговоры?

— Главным образом мы поддерживаем постоянный контакт с торгово-промышленными палатами Великобритании, Германии и США, а также с Ассоциацией европейского бизнеса в Брюсселе. Наше отношение к возможным санкциям совпадает. Каждый из нас занимается лоббизмом при своих правительствах. Мы рассчитываем, что это реально ослабит возможные санкции и, может быть, вообще их отменит. Я верю в дипломатию: наши связи с Россией слишком сильны. Российско-французские отношения не прерывались даже при СССР. Нынешний кризис тоже пройдет — со  временем.

Читайте далее: http://izvestia.ru/news/567816#ixzz2wZmqqmg4