Альпы

Альпы

четверг, 26 июня 2014 г.

Беженцы Украины: мечты о доме и "Новороссии"

18.06.2014 | (с) Юри Вендик, Би-би-си, Москва, Русская служба Би-би-си

Как и большинство беженцев в мире, бежавшие от украинской войны в Россию поначалу надеются скоро вернуться. Но многие догадываются, что дело может сильно затянуться. Тем более, что вернуться они хотят домой - но не в прежнее украинское государство.

243E7184547C4AC1A33502A637C3C

Беженцы на погранпункте "Матвеев Курган" в Ростовской области

Как и большинство беженцев в мире, бежавшие от украинской войны в Россию поначалу надеются скоро вернуться. Но многие догадываются, что дело может сильно затянуться. Тем более, что вернуться некоторые хотят домой - но не на Украину, а в отдельные от неё "народные республики".

"Я хочу хоть завтра домой! Я надеюсь, вот, ещё день-два – каждый день как бы ждёшь. Мне ж в принципе больше жить негде. Я хочу вернуться", - говорит Лена из Славянска. Она с восьмилетним ребёнком бежала из города уже две недели назад, в начале июня. Ждёт возвращения в детском лагере "Дмитриадовский" под Таганрогом.

При этом вариант мира Лена видит только один - тот, при котором украинская армия отступит, а новый президент Пётр Порошенко вступит в переговоры с "властями Новороссии". О том, чтобы армия выбила вооруженных сепаратистов из города - ведь тогда, по идее, в Славянске тоже наступит мир - Лена и слышать не хочет.

"Даже думать не хочу об этом. Да вы что! Я сейчас плакать буду! Они ж нас посадят!" - почему-то уверена она, простая сотрудница Славянского психоневрологического интерната.

Пациентов интерната эвакуировали, сама Лена ещё какое-то время просидела дома, но не выдержала.

"До последнего ждали, мы вообще не хотели уезжать, но... школа закончилась, и начался вообще сильный обстрел. От меня недалеко дом накрыло, вся семья там в доме погибла", - дом Лены, по её словам, стоит недалеко от восточной окраины Славянска. - В погребе сидели, ребёнок не понимал, кричал: я хочу гулять, а потом – нервные срывы. В какой-то момент решили ехать".

"Хочу домой"

"Сказали бы: сегодня – да мы б пешком пошли", - Наталья из Донецкой области, из приграничной Амвросиевки, тоже готова вернуться, как только прекратятся бои у города. И тоже рассматривает только один вариант их прекращения: уход украинской армии.

"Если бы какие-то переговоры такие были... Вот, приехал этот из ОБСЕ (генсек ОБСЕ Ламберто Заньер посетил "Дмитриадовский" 12 июня - bbcrussian.com), мы ему одно, а он нам – про другое. Говорит, сложите оружие. А чего это мы сложим оружие? Они пришли на нашу землю, а мы её защищаем!" - почти кричит Наталья.

Вика и Сергей собираются, оставив под присмотром детей, вернуться в самое ближайшее время. Правда, в их Свердловске, на самой границе к югу от Луганска, боев ещё не было.

"У нас разбомбили базу "Ясены" – и мы решили, что надо детей вывезти. Сказали, там лагерь боевиков был, а там просто ополченцы собирались", - говорит Вика. Авианалёт на Ясены был в конце мая, украинские власти объясняют, что на этой базе отдыха был устроен тренировочный лагерь сепаратистов.

Сергей - один из совсем немногих мужчин в лагере беженцев. Большинство осталось дома - либо воевать, либо сторожить хозяйство от мародёров.

"У меня муж в ополчении, 52 года ему. Если муж скажет: возвращайся, всё спокойно – то я хоть завтра. Но вчера он звонил, сказал, пока ещё нет", - объясняет Галина, предпринимательница из города Снежное. По ее словам, из города выехала половина населения.

"Они нас не любят"

За день до этой беседы с Галиной со стороны украинской армии приходили сообщения о взятии Снежного, города в 70 километрах на юго-восток от Луганска, под контроль, а со стороны сепаратистов – о том, что город несколько раз переходил из рук в руки.

"Когда всё успокоится? Думаю, нескоро. Но я так планирую, что если более-менее тихо будет, я в течение недели вернусь. Я хочу домой", - говорит Галина.

"А вообще с чего всё началось – они начали навязывать нам этого Бендеру, чтобы мы его, этого Бендеру, приветствовали", - фамилию Степана Бандеры, несмотря на "навязывание", Галина запомнила нетвёрдо. Это её суждение выливается в поток реплик, в который превращается разговор журналиста и окруживших его беженок.

"Они нас хотят заставить на украинском говорить!"

"...говорит, мы с сепаратистами не разговариваем, пусть сложат оружие. А мы все тут сепаратисты!"

"...они нас не любят, бендеровцы эти!"

"...говорят, за единую Украину. Да мы бы рады за единую Украину, но её нет! И не будет уже никогда! Как может быть, когда свои на нас нападают?"

Расчёт на остаться

"А бог его знает. Надо рассчитывать, чтобы здесь уже жить", - так житель Амвросиевки Рома отвечает на вопрос, сколько он рассчитывает пробыть в России. Бывший житель Амвросиевки, судя по его настроению.

Рома с женой Оксаной и большой семьёй уже неделю сидит на пункте приёма и распределения (ППР) МЧС для беженцев на российском пограничном КПП "Матвеев курган". Пункт организован в начале июня, когда власти Ростовской области ввели режим "чрезвычайной ситуации" в связи с наплывом беженцев.

Рома с Оксаной - явно не украинцы и не русские, о происхождении говорят: "Метисы мы. У нас все крови есть: молдаване, греки, русские..."

"Орехи скупляли. Били-продавали", - так Рома описывает род своих занятий в Амвросиевке. В России им ехать некуда, родственников нет.

"Ну, где-то поместят. В пансионате или где. Мы уже записались, сейчас вот ждём – вечером нас увезут. Где-то далеко", - объясняет Оксана.

Начальник пункта приёма и распределения, офицер МЧС Максим Ставицкий показывает хозяйство: палатка-спальня, палатка-столовая, игрушки и книжки для детей - и объясняет, что обычно так долго люди здесь не задерживаются: переходят границу, регистрируются и уезжают в очередной готовый принять беженцев пансионат или к родственникам.

2

Ужин на 460 персон. Беженцы в крупнейшем лагере в Ростовской области - центре отдыха "Дмитриадовский"

Представитель ФМС в ППР Геннадий Филипенко говорит, что не меньше половины не заходят на пункт: "Вон, видите, машины стоят. Это всё родственники ждут. Оттуда люди переходят, и их сразу забирают".

По словам Филипенко, за сутки - в субботу, 14 июня, через "Матвеев курган" прошли почти 3 тысячи человек, а всего через границу в Ростовской области - 10 тысяч. Это через официальные пункты - переходящих по многочисленным никем не охраняемым дорогам через существующую только на бумаге границу никто не считал.

Поток людей на российскую сторону за первую половину июня резко вырос, и понятно, что большая часть этих людей бежит от войны, но какая именно часть - точно подсчитать не представляется возможным (см врезку).

"Нам звонят желающие принять граждан Украины. Мы направляем их по этим адресам. До Ростова уже всё заполнено – все пионерлагеря, детские садики, всё", - утверждает Филипенко.

"Это даже не на год"

Беженцам помогают далеко не только власти и родственники на российской стороне.

Евгений, пасечник из Таганрога, ждёт на погранпункте двух человек в дополнение к тем 10, что он уже приютил в двух своих квартирках, однокомнатной и двухкомнатной.

Когда-то воспитательница в интернате, ныне жительница Северодонецка, помогла осиротевшему мальчику Жене сохранить квартирку. Теперь позвал её на время войны пожить в этой квартире, она поблагодарила, но отказалась, объяснив, что есть куда ехать - к родственникам в Ростов, и Женя решил помочь другим, незнакомым людям.

"Вот, сюда приехал, оставил телефон, так как я считаю, что я обязан, понимаете..."

Теперь в той однокомнатной квартирке на 16 метрах разместились семь человек, а в одной комнате двухкомнатной квартиры – ещё пять, считая тех, кого он ждёт на границе. В том числе трое детей от четырех до 16 лет. Все из Амвросиевки.

Евгений готов кормить "своих" беженцев, сколько сможет, к тому же друзья и соседи уже помогают и продуктами, и подработкой для украинских гостей.

"Когда они смогут вернуться? Это уже трудно сказать. Я понимаю, что это даже уже не на год", - рассуждает Евгений.

"Я так думаю, что это всё делается, чтобы они не вернулись. Нужна земля. Украинские власти же сказали уже, что программу принимают: с Западной Украины переселять...", - вполне ожидаемым образом интерпретирует Евгений идею украинских властей когда-нибудь как-нибудь поспособствовать перемешиванию населения Востока и других регионов Украины, чтобы они лучше понимали друг друга.

Евгений уверен, что понимания не будет: "А как они уже могут вместе жить? Это нельзя уже, невозможно. То, что Украина уже целостной не будет, это я уверен уже на 90%. Этого никто уже не простит. Как можно простить убийство родственников своих?"

К футболке у Евгения пришпилена эмблема "Донецкой народной республики". Объясняет, что к организаторам ДНР отношения не имеет: "Люди из Амвросиевки просто подарили. А мне приятно её носить".

Помогать придётся долго

Организаторы "гуманитарной помощи Донбассу" и в Ростовской области, и в других местах России, есть очень разные. Есть такие, что организуют, практически не таясь, переброску добровольцев-боевиков. Украинская сторона утверждает, что помогают и вооружением - но тут за руку пока никого не поймали.

А есть - во множестве - и пункты сбора исключительно настоящей гуманитарной помощи.

Михаил, пожилой прихожанин баптистской церкви в Ростове-на-Дону, привёз мешки макарон в комнатушку в обшарпанном коридоре в здании на проспекте Ленина. Это склад благотворительного фонда "Доброе дело". Комнатка забита провиантом и детскими вещами.

"Политических мотивов помогать у меня нет. Человеческие только. Сострадание людям, которые в беде. Я делаю, что я могу: вот – моя машина, вот деньги собрал, купил, привёз", - объясняет Михаил.

Михаил - типичный житель российского Юга: родители были с Украины, двоюродная сестра живёт в Луганске, в Мариуполе "братьев полно".

"Конечно, будут ещё. Их там тысячи стоят на границе, обстрел идёт, куда им деваться. Они ждут только, чтобы сюда как-нибудь проскочить", - Михаил уверен, что помогать беженцам от восточно-украинской войны придётся ещё много и долго.

http://news.ru.msn.com/%D0%B1%D0%B5%D0%B6%D0%B5%D0%BD%D1%86%D1%8B-%D1%83%D0%BA%D1%80%D0%B0%D0%B8%D0%BD%D1%8B-%D0%BC%D0%B5%D1%87%D1%82%D1%8B-%D0%BE-%D0%B4%D0%BE%D0%BC%D0%B5-%D0%B8-%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D1%80%D0%BE%D1%81%D1%81%D0%B8%D0%B8-1