Осень

Осень

понедельник, 9 февраля 2015 г.

Живой щит: украинские военные не выпускают людей из Дебальцевского котла

9 февраля 201521:50 Евгений Решетнев

20001

Украинские силовики срывают переговоры о зеленом коридоре для эвакуации мирных жителей из Дебальцевского котла. Вывезти удалось только 25 человек. Кто-то выбирается сам на свой страх и риск. Украинские военные боятся потерять живой щит и при этом не прекращают ракетные обстрелы луганских городов. Снаряды сегодня взрывались на улицах Брянки.

Зенитная батарея ЛНР прицельно бьет по соединениям украинских военных, которые основательно укрепились на шахтах близ Дебальцева. Атаковать в лоб бессмысленно. Потому уже несколько дней ведется артподготовка. Батарея работает в поле, не больше получаса. Делает несколько залпов, потом меняет позицию. Ответным огнем может накрыть в любую минуту.

Передовая ополченцев. Неглубокие окопы, несколько автоматчиков. Снайпер. Его позывной дед. Несмотря на возраст, стреляет он метко. "Вот здесь у нас мертвая зона, — говорит он. — Совсем недавно здесь, в балке, были укропы. Оттуда они по нам постреливали. Мы им не даем оттуда наступать, делаем иногда рейды группами. Они боятся на эту дорогу выходить".

Мы находимся на позициях ополченцев, которые замыкают так называемый котел вокруг Дебальцева. В хорошо погоду в этот бинокль можно увидеть и сам населенный пункт, и подразделения украинских силовиков. Всего в километре отсюда по этой дороге их блокпост. Который сейчас тоже находится в окружении. Угодившие в капкан военные на прорыв не решаются. Огрызаются несколько раз в сутки пулеметными очередями. "Вчера сюда упал снаряд. Так долбануло! Четвертый месяц мы уже тут держим оборону", — говорит ополченец с позывным "Гений".

Поселок Зоринск ночью обстреляли из ураганов. Разрушенный прямым попаданием дом еще дымится. После артналета в поселке оплакивают убитых. Соседний поселок силовики старательно сравнивают с землей. Огромная воронка рядом с местной школой, в здании ни одного целого окна. Ночью был обстрел. Снаряды пробили крышу в двухэтажке. Раненых и убитых нет. Но только благодаря тому, что люди уже несколько месяцев живут не в квартирах, а под ними. В подвале сыро и холодно. Единственный источник и света, и тепла — парафиновая свечка.

"Домой не ходим, вот уже пять месяцев в подвале сидим. Я с края хутора, тяжело сюда бегать. Все время здесь нахожусь", — говорит одна из местных жительниц. — В валенках и ноги замерзли, спим, так укутываемся платками и тряпками. В детстве войну пережила, и теперь перед смертью надо же пережить такое".
В подвале двадцать пять коек. Сейчас уже заняты не все. Многие уехали. Остались лишь те, кому ехать некуда. "Кому я нужна. Мой дом тут, и тут я буду умирать", — горестно говорит одна из пожилых женщин.

Из прифронтовых деревень ополченцы продолжают эвакуировать местное население. Двадцать человек на обочине дороги ждут автобуса. Им удалось вырваться из Чернухино. "Там вообще страшно, дома все горят, — говорят беженец, — будем начинать жить по-новому. Назад уже пути нет — ни домов, ничего не осталось".

Автобус с беженцами отбыл только что, придется какое-то время ждать. Зато дальше дорога безопасна. Из Перевальска, где автобус делает остановку, открывается несколько возможных путей — в Луганск, Донецк или Россию. Территории подконтрольные Украине для этих людей закрыты.

20001

Украинские силовики срывают переговоры о зеленом коридоре для эвакуации мирных жителей из Дебальцевского котла. Вывезти удалось только 25 человек. Кто-то выбирается сам на свой страх и риск. Украинские военные боятся потерять живой щит и при этом не прекращают ракетные обстрелы луганских городов. Снаряды сегодня взрывались на улицах Брянки.

Зенитная батарея ЛНР прицельно бьет по соединениям украинских военных, которые основательно укрепились на шахтах близ Дебальцева. Атаковать в лоб бессмысленно. Потому уже несколько дней ведется артподготовка. Батарея работает в поле, не больше получаса. Делает несколько залпов, потом меняет позицию. Ответным огнем может накрыть в любую минуту.

Передовая ополченцев. Неглубокие окопы, несколько автоматчиков. Снайпер. Его позывной дед. Несмотря на возраст, стреляет он метко. "Вот здесь у нас мертвая зона, — говорит он. — Совсем недавно здесь, в балке, были укропы. Оттуда они по нам постреливали. Мы им не даем оттуда наступать, делаем иногда рейды группами. Они боятся на эту дорогу выходить".

Мы находимся на позициях ополченцев, которые замыкают так называемый котел вокруг Дебальцева. В хорошо погоду в этот бинокль можно увидеть и сам населенный пункт, и подразделения украинских силовиков. Всего в километре отсюда по этой дороге их блокпост. Который сейчас тоже находится в окружении. Угодившие в капкан военные на прорыв не решаются. Огрызаются несколько раз в сутки пулеметными очередями. "Вчера сюда упал снаряд. Так долбануло! Четвертый месяц мы уже тут держим оборону", — говорит ополченец с позывным "Гений".

Поселок Зоринск ночью обстреляли из ураганов. Разрушенный прямым попаданием дом еще дымится. После артналета в поселке оплакивают убитых. Соседний поселок силовики старательно сравнивают с землей. Огромная воронка рядом с местной школой, в здании ни одного целого окна. Ночью был обстрел. Снаряды пробили крышу в двухэтажке. Раненых и убитых нет. Но только благодаря тому, что люди уже несколько месяцев живут не в квартирах, а под ними. В подвале сыро и холодно. Единственный источник и света, и тепла — парафиновая свечка.

"Домой не ходим, вот уже пять месяцев в подвале сидим. Я с края хутора, тяжело сюда бегать. Все время здесь нахожусь", — говорит одна из местных жительниц. — В валенках и ноги замерзли, спим, так укутываемся платками и тряпками. В детстве войну пережила, и теперь перед смертью надо же пережить такое".
В подвале двадцать пять коек. Сейчас уже заняты не все. Многие уехали. Остались лишь те, кому ехать некуда. "Кому я нужна. Мой дом тут, и тут я буду умирать", — горестно говорит одна из пожилых женщин.

Из прифронтовых деревень ополченцы продолжают эвакуировать местное население. Двадцать человек на обочине дороги ждут автобуса. Им удалось вырваться из Чернухино. "Там вообще страшно, дома все горят, — говорят беженец, — будем начинать жить по-новому. Назад уже пути нет — ни домов, ничего не осталось".

Автобус с беженцами отбыл только что, придется какое-то время ждать. Зато дальше дорога безопасна. Из Перевальска, где автобус делает остановку, открывается несколько возможных путей — в Луганск, Донецк или Россию. Территории подконтрольные Украине для этих людей закрыты.

20001

Украинские силовики срывают переговоры о зеленом коридоре для эвакуации мирных жителей из Дебальцевского котла. Вывезти удалось только 25 человек. Кто-то выбирается сам на свой страх и риск. Украинские военные боятся потерять живой щит и при этом не прекращают ракетные обстрелы луганских городов. Снаряды сегодня взрывались на улицах Брянки.

Зенитная батарея ЛНР прицельно бьет по соединениям украинских военных, которые основательно укрепились на шахтах близ Дебальцева. Атаковать в лоб бессмысленно. Потому уже несколько дней ведется артподготовка. Батарея работает в поле, не больше получаса. Делает несколько залпов, потом меняет позицию. Ответным огнем может накрыть в любую минуту.

Передовая ополченцев. Неглубокие окопы, несколько автоматчиков. Снайпер. Его позывной дед. Несмотря на возраст, стреляет он метко. "Вот здесь у нас мертвая зона, — говорит он. — Совсем недавно здесь, в балке, были укропы. Оттуда они по нам постреливали. Мы им не даем оттуда наступать, делаем иногда рейды группами. Они боятся на эту дорогу выходить".

Мы находимся на позициях ополченцев, которые замыкают так называемый котел вокруг Дебальцева. В хорошо погоду в этот бинокль можно увидеть и сам населенный пункт, и подразделения украинских силовиков. Всего в километре отсюда по этой дороге их блокпост. Который сейчас тоже находится в окружении. Угодившие в капкан военные на прорыв не решаются. Огрызаются несколько раз в сутки пулеметными очередями. "Вчера сюда упал снаряд. Так долбануло! Четвертый месяц мы уже тут держим оборону", — говорит ополченец с позывным "Гений".

Поселок Зоринск ночью обстреляли из ураганов. Разрушенный прямым попаданием дом еще дымится. После артналета в поселке оплакивают убитых. Соседний поселок силовики старательно сравнивают с землей. Огромная воронка рядом с местной школой, в здании ни одного целого окна. Ночью был обстрел. Снаряды пробили крышу в двухэтажке. Раненых и убитых нет. Но только благодаря тому, что люди уже несколько месяцев живут не в квартирах, а под ними. В подвале сыро и холодно. Единственный источник и света, и тепла — парафиновая свечка.

"Домой не ходим, вот уже пять месяцев в подвале сидим. Я с края хутора, тяжело сюда бегать. Все время здесь нахожусь", — говорит одна из местных жительниц. — В валенках и ноги замерзли, спим, так укутываемся платками и тряпками. В детстве войну пережила, и теперь перед смертью надо же пережить такое".
В подвале двадцать пять коек. Сейчас уже заняты не все. Многие уехали. Остались лишь те, кому ехать некуда. "Кому я нужна. Мой дом тут, и тут я буду умирать", — горестно говорит одна из пожилых женщин.

Из прифронтовых деревень ополченцы продолжают эвакуировать местное население. Двадцать человек на обочине дороги ждут автобуса. Им удалось вырваться из Чернухино. "Там вообще страшно, дома все горят, — говорят беженец, — будем начинать жить по-новому. Назад уже пути нет — ни домов, ничего не осталось".

Автобус с беженцами отбыл только что, придется какое-то время ждать. Зато дальше дорога безопасна. Из Перевальска, где автобус делает остановку, открывается несколько возможных путей — в Луганск, Донецк или Россию. Территории подконтрольные Украине для этих людей закрыты.

http://www.vesti.ru/doc.html?id=2341770&tid=105474